«Одесса старая и Одесса новая». Алексей Кравцов, 2009
Нет, не о музыке пойдет речь в этой публикации. Хотя тема ее имеет прямое отношение к гармонии и композиции. Недаром ведь издавна говорят: «Архитектура — это застывшая музыка». Только нынче тамбурмажоры и капельмейстеры от зодчества такие мелодии лабают, что уши просто вянут, и невольно вспоминается едкая фраза нашего земляка — блистательного фантаста Бориса Штерна: «Исполняется гоплык». Причем полный и всеобъемлющий. Что касательно отдельных опусов местных витрувиев, что — с позволения сказать, архитектурной какофонии, вытесняющей полифонию старой Одессы. «Сумбур вместо музыки», — как написал в свое время неудобозабываемый вождь народов совсем по другому поводу!

Созидатели и виртуозы
И здесь — самое время вспомнить еще раз о том наследстве, что досталось нам от блистательных отцов-основателей. С самого начала этот город строился по удивительно талантливому и органичному плану брабантца-инженера Франца де Волана и незабвенного Иосифа де Рибаса. В нем было учтено все — роза ветров и солнечное освещение в разное время года и суток, наиболее комфортная ширина улиц и холмистый характер местности… Был использован уникальный метод создания нескольких центров-площадей, от которых шла постепенная застройка по направлению друг к другу. Таким образом плелась стройная сеть прямых кварталов, по мере встречного роста сливавшихся и продолжавших друг друга в едином ритме. Эта схема была с самого начала рассчитана на многолетнее развитие градостроительства в связи с экономическим прогрессом, который точно просчитали прозорливые зачинатели. Пожалуй, Одесса стала первым городом Европы и империи, строившимся с первых дней по единому плану, не потерявшему значения ни через сто лет, ни даже сегодня. Одно-двухэтажные дома сменялись многоэтажными, появлялись новые улицы и районы, но все это происходило в продолжение первоначальной идеи.

Удивительно, что здесь абсолютно органично и равноправно сосуществовали самые разные стили — от строгого ампира и классицизма до вычурного барокко, от неославянского «аля рюсс» до изысканного модерна, от мрачноватой готики до томного мавританского… Не говоря уж об эклектике, парадоксально смешавшей элементы вроде бы несочетаемые в пряный коктейль. В любой другой точке мира многие наши дома вызвали бы недоумение, а то и смех. Здесь — они на своем месте… Взять хотя бы биржу, знакомую нам как филармония. Стиль ее столь «гибриден», что ироничные Ильф с Петровым определили его как «ассиро-вавилонский». Однако эта невозможная в чопорной Европе гремучая смесь смотрится в Одессе абсолютно уместно. Более того — творение Бернардацци по праву считается одним из самых красивых зданий города… Очевидно, все дело в том, что разноплеменные архитекторы принесли с собой частицы своих традиций — француз Тома де Томон, итальянец Бернардацци, поляк Гонсиоровский, чех Влодек, украинец Дмитренко… Разные школы и направления слились здесь так же, как и народы, дав в результате нечто новое, свежее и неповторимое. Город был похож на своих жителей, а они — идеально вписывались в его среду. К тому же, при всем разнообразии стилей, жестко соблюдались незыблемые каноны — «зеленые» и «красные» ограничительные линии, которые застройщик и помыслить не смел нарушить под угрозой разорительных штрафов и неминуемого сноса, сохранялось соотношение высоты и этажности не только соседних домов, но и целых кварталов, улиц, районов.

Этот город был похож в одних местах на виртуозно сыгранное попурри из классических шедевров — от Моцарта и Штрауса до Равеля и Стравинского, обработанных дирижером экстра-класса аля-Бернстайн, в других — на джазовую импровизацию блестящего маэстро, в самых разных, зачастую парадоксальных, на грани гротеска и фола, вариациях обыгрывающего и развивающего прекрасную знакомую мелодию… Именно поэтому иным путешественникам наш город напоминал Париж, другим — Вену, Марсель, и всем здесь было комфортно и уютно… Но нет ничего вечного под солнцем и луной, особенно, когда речь идет о хорошем…

Геростраты, мародеры и лабухи
Смена эпох не лучшим образом отразилась на городском хозяйстве и прежде всего на архитектуре. Режим геростратов, уничтожавших ради утопических идеалов и реализации вымученных идеологических комплексов основы культуры в масштабах страны, не мог оставить в стороне и наш город. То, что вытворяли с Одессой унификаторы с 1920-х по начало 1990-х сводилось с одной стороны к «причесыванию» под одну гребенку слишком своеобразного для тоталитарного режима города — с разрушением или приспособлением храмов под «народные нужды», бессмысленным сносом в 30-е старейшего кладбища и устройством на его месте «парка культуры и отдыха» да зверинца… Причем, место танцулек буквально на костях славных предков носило имя непогребенного «вождя мирового пролетариата» — Ильича. Мрачная и глубоко саркастическая по внутренней сути символика, достойная идеологии убежденных осквернителей святынь! Та же судьба постигла в начале 1970-х еврейское кладбище, ставшее жертвой «борьбы с сионизмом». С другой стороны, в течение практически всей постреволюционной истории города его когда-то лучшие в стране и Европе водопровод, канализация и дренажная сеть пребывали в полном небрежении, к концу минувшего века став из предмета гордости колоссальной проблемой. Равно как и жилой фонд, не видевший с пресловутого 1913 года капитальных ремонтов, что превратило даже фешенебельные дома в коммунальные трущобы с вечно текущими потолками и смертоносными балконами… Немногочисленные до середины 1950-х новые жилые дома центра, что в стиле конструктивизма конца 20-х, что — в сталинском помпезном, были недурны, но погоды явно не делали…. «Хрущобы» же — безобразные и тесные пятиэтажки, хоть немного решавшие острейший жилищный вопрос, города не украшали, да и строились в основном в его новых, окраинных районах. Эти «Черемушки», «Поскоты» и «Таировы» были абсолютно стандартны и никоим образом не отличались от аналогичных мест что Челябинска, что Москвы…

Впрочем, будем объективны. Кое в чем Одессе все-таки повезло: к нашему счастью, благодаря политике страны, высасывавшей львиную долю средств из весьма прибыльной городской экономики денег на безумные инновации в стиле тотальной перестройки Москвы в 30-е, просто не было. А посему — основной архитектурный комплекс центра сохранился. И даже война не принесла ему непоправимых потерь. Опять-таки, справедливости ради скажем: послевоенная застройка пострадавших мест общей картины города не нарушила — новые здания возводились с относительным учетом окружения.

Разумеется, бывали и идиотические эксцессы, вроде борьбы с оградами в центре города, уничтожившей исторические художественные решетки Воронцовского дворца и множества особняков. Случались и отдельные удачи, вроде вписавшегося в облик самого центра и действительно необходимого пешеходного «Тещиного моста». Но подавляющее большинство послевоенных общественных зданий и близко не подходили ни к уровню дореволюционному — что безликая и бесформенная стеклобетонная глыба театра Музкомедии в начале Французского бульвара, что стандартный спичечный коробок облсовета на Канатной, что новый обком на проспекте Шевченко, — ни даже к уровню общесоюзному, радовавшему порой интересными решениями в духе московского театра кукол Образцова.

Однако все эти потери и прорехи можно было бы восполнить и вполне пристойно залатать при наличии настоящих хозяев и «отцов города». На что, собственно говоря, мы и рассчитывали и в перестройку, и после 1991 года. Увы, человек предполагает, а Бог (или у нас — князь мира сего?) — располагает… А посему оба мэра последних 16-ти лет, времени рухнувших больших ожиданий, обещавшие возрождение былой славы Одессы, реально так приложились к городской архитектуре, что хоть святых выноси! Начал Гурвиц — вспомните уничтожение последних фрагментов колоннады Греческого базара на одноименной площади и возведение на месте бывшей «книжки» убогого уродца производства греческой же фирмы. Затем он истребил «овальное здание» в том же многострадальном месте, силовым путем утвердив не щадящий (и уже одобренный!) проект реконструкции, вылившийся в возведение безобразного и задавившего самое сердце города, слегка задекорированного «под старину» утюжища торгового центра «Афина». Правда, строили его уже при Боделане. Сей державный муж с успехом продолжил курс своего заклятого врага и конкурента на разбазаривание ставших буквально золотыми земель в центре города и элитных районах у моря, передачу за форменные гроши в частные руки (гроши, естественно, на бумаге, об «откатах» можем только догадываться!) памятников архитектуры. «Спартак» и «Большая Московская» на Дерибасовской, злосчастный дом Руссова — на Садовой. И это — только верхушка жуткого айсберга! При нем же были возведены такие «шедевры», как торговый центр «Европа» на Дерибасовской — ярчайший образец включения абсолютно чужеродного «тела», что по техно-стилю, что — по высоте, в органичную до того ткань «титульной» улицы города. И уж совсем кощунственным было воткнутое, как бревно в глаз, огромадное чудище отеля «Кемпински-Одесса» аккурат за Морвокзалом. Если к последнему мы кое-как привыкли, то ЭТО, безнадежно изувечившее всю панораму и на море, и с моря, один из самых красивых архитектурных комплексов Европы — с полуциркульными зданиями Приморского бульвара, Дюком и легендарной лестницей, стало лейтмотивом той жуткой музычки, которую заказывали новые хозяева жизни. Все это напоминало убогие вопли «блатняка», именуемого у нас «русским шансоном», ворвавшиеся в концерт «Виртуозов Москвы"…

«Второе пришествие» Гурвица вселило некоторые надежды — ведь едва ли не первым его действием на посту мэра было «усекновение главы» дома «Орфей» в переулке Чайковского. Как известно, сия довольно удачная имитация стиля «модерн» оказалась, неожиданно даже для Боделана, выше на несколько этажей изначально одобренного проекта! И — самым наглым образом стала возвышаться над Оперным театром, изуродовав панораму Ришельевской улицы…

Действия новоявленного спасителя городских традиций были быстры и суровы. За судебным решением последовало приведение крамольного здания в надлежащий вид, несмотря на протесты привыкших к безнаказанности застройщиков. Только вот, этим «торжество архитектурной справедливости» и закончилось… Определенные мероприятия по благоустройству и реконструкции нескольких центральных улиц сопровождались практически одновременной атакой на город все того же хищного племени мародеров от строительного бизнеса. За время с 2005-го исторический центр города буквально покрылся порослью огромных «дебилдингов», несоразмерных с малоэтажным окружением и убого стилизованных, как китайские сувениры, «под антик». С непременными гигантскими атлантами и кариатидами, аляповатой лепниной и нелепыми в соседстве со стеклобетоном колоннами неведомого ордера, портиками и тимпанами… Никого не волнует, что вся эта мегаломания разрушает сложившийся веками ансамбль, заодно физически гробя трещащие от тяжести соседних новостроек реальные памятники архитектуры и закрывая свет жителям окружающих домов… Достаточно взглянуть на район «Нового Привоза» или дом «Гефест» внизу Греческой, Греческую же площадь в ее нынешнем облике, чтобы ощутить прелести Одессы, в которую «верит» Гурвиц… Попробуйте пробраться к морю через лабиринты элитных громадин, возникших за последние годы на «прихватизированных» при новой демократической власти участках — и снова почувствуйте себя «хозяевами» своего родного города!

Надежды на то, что горсовет последнего созыва, в коем вроде бы сильная оппозиция должна была уравновесить своеволие власти, сменились шоком. Вместо демократического баланса сил и интересов возник натуральный разбойничий альянс. Ведь глава «регионалов» Климов форменным образом слился в мародерском экстазе с «нашим украинцем» Гурвицем, получив карт-бланш на дальнейшее покорение и разграбление захваченного города. Ни для кого не секрет, что он один из самых мощных застройщиков Одессы. Причем, пользуясь полной безнаказанностью, его концерн идет на все, чтобы загнать жителей предназначенных под снос домов в любые трущобы. От избиений непокорных — до поджогов. Немногочисленные же реальные оппозиционеры из числа депутатов (вне зависимости от партийной принадлежности) — частью изгнаны из «высокого собрания», частью подвергаются поношениям, угрозам и нападениям.

Невольно возникает в памяти подобный коррупционный альянс, известный в истории Одессы как «трест ХАП». Напомним: после революции 1905-1907 годов выборы в городскую Думу и ее главы проходили под явным давлением градоначальника генерал-адьютанта Толмачева, убежденного погромщика и невероятного мздоимца. В результате наглых подтасовок и открытых угроз город получил черносотенную Думу во главе с отъявленным антисемитом Борисом Пеликаном, предводителем «Союза Михаила Архангела». Однако «мелкие разногласия» не помешали оному господину с птичьей фамилией слиться в теснейшем единении с двумя «инородцами» — Меиром Хари и Зигфридом Ашкенази. Хари контролировал изрядную долю городских газет, банков и хлебной торговли. Ашкенази — сахарный рынок, морские грузоперевозки и держал контрольные пакеты множества других важных отраслей. Вместе же Хари, Ашкенази и Пеликан и составили этот трест, монополизировавший едва ли не всю экономику города под бдительным и корыстным оком Толмачева. Градоначальник, присланный с Кавказа для погашения революционных беспорядков, быстро расправился с бомбистами-эсерами и экспроприаторами-анархистами. И…создал собственную систему, говоря нынешним языком, рэкета и «крыши». Помимо гарантированных доходов от махинаций «ХАПуг», он получал дань со всего города — от синагог до подпольных притонов. В качестве «доверенных лиц» выступал и… редактор газеты «Одесская почта» А. Финкель, и вывезенные им из Грузии «лица кавказской национальности», получившие силовые должности и выполнявшие функции боевиков… Непокорные — от журналистов до коммерсантов и гласных (депутатов Думы) — подвергались угрозам и избиениям. Были и убийства… Все закончилось в 1911 личным указом премьера Столыпина, когда бравый выпускник Пажеского корпуса был отрешен от должности градоначальника и отдан под суд.

Но при чем же здесь архитектура, спросите вы. А ни при чем! Даже отъявленные мерзавцы тогда не смели увечить город, ограничиваясь поборами! Времена изменились. Демократия — это вам не старый недоброкачественный режим!

Самое страшное, что архитекторы, зодчие наши, «хранители традиций и устоев», в большинстве своем активно участвуют в уничтожении города, разрушая его ансамбль и строя по заказу обнаглевших нуворишей мега-монстров. Как кабацкие лабухи, за деньги они готовы глушить прекрасную музыку былой Одессы примитивными, но прибыльными «тремя аккордами». Меньшая же часть, в основном — профессура, безответно протестует в немногочисленных публикациях… Глас вопиющего в пустыне наступающей какофонии при полном молчании всех структур, призванных охранять памятники архитектуры… И все тише звучит пронзительно-печальный полонез Огинского «Прощание с родиной», забиваемый хрипящим и грохочущим на нестерпимых децибелах наглым «Владимирским централом"… Прощай, Одесса! Здравствуй, городок Климовка, он же — местечко Большие Эдуард Осиповичи!